Место нехорошее

По-над лесом в одном селе идёт песчаная тропинка на соседний хуторок. Место там, поговаривают, нехорошее — каждый остерегался ночью туда попасть — страсти, говорят, там такие творились: мотоциклы у ребят ломались, кони на дыбы становились и визг поросячий, и смех бесовский часто слышался.

Лёнька-конюх, рассказывали, как-то (грех сказать) голышом бег по улице, черти, мол, его раздели там. Да зная Лёнькины пристрастия к самогону да к чужим бабам, никто ему шибко не поверил.

Дело было после войны. Дед мой, тогда ещё десятилетний мальчонка, бегал с пацанами по лесам и оврагам — откапывали оружие и боеприпасы, и сдавали в сельсовет. Их награждали за это — денег, конечно, не давали, но кой-чего из продуктов перепадало. В те годы это было настоящим кладом!

Увлеклись как-то пацаны, да и не заметили, как далеко зашли, и темень на улице, хоть глаз коли. Дедушка рассказывал, что ночь была чудная: тёплая и тихая, небо было усеяно звёздами, и важно сиял на небе молодой месяц — ни ветерка, ни крика птиц… Даже собаки на хуторе не брехали.

Вышли ребята к лесу и пошли по песчаной тропинке в сторону своего села. Идут робко, оглядываются — не выскочит ли ктой-то, с рогами и копытами.

Послышались шаги из соснового бора. Пацаны бросились врассыпную, а дед с перепугу на мягкое место сел и шевельнуться не может.

Из леса показалась фигура. Высокая, сутулая и прихрамывающая на левую ногу… Стоп, да это же Мишка Козлов, который до войны ещё повесился — пил сильно вот видимо, черти его и забрали.

Дед похолодел, увидев знакомую фигуру…

— Что, хвин, (фин, в смысле, ещё дедова отца так называли, рыжие они все были, правда, какая взаимосвязь, до сих пор не понимаю) сидишь, щеришься (это дедушка так рассказывал, что такое «щеришься» я до конца так и не поняла), ты небось, иди домой. И больше не шляйся тут! И дружкам своим скажи, героям чёртовым! — И Мишка хромой рассмеялся, и пошёл дальше в сторону села.

Дед долго смотрел ему в след и протирал глаза — ведь абсолютно точно с ним разговаривал Мишка-покойник! А по дороге к селу ковылял уже не Мишка. А большой кудлатый пёс, ссутулившись, тянул заднюю левую лапу…

Вам может понравится