Жесть на святой земле

Жесть на святой земле — читать реальные истории

Дело было в 2004, мне тогда было 10 лет. Моей маме, человеку не особо воцерковленному, но стихийно религиозному, вдруг приспичило съездить в паломничество по святым местам в Дивеево. На работе одна мамина сотрудница восторженно описывала, как она там побывала, вот и маме моей тоже захотелось. Она уговорила папу и еще одного своего знакомого – дядю Витю, а он – свою жену – тетю Машу. Моего мнения никто, естественно, не спрашивал, раз мама с папой едут, еду и я.

Жили мы в Саратове – до Дивеева ехать часов 7-8 на машине или 10 на автобусе. Поскольку все люди в нашей компании привыкли к комфорту, трястись в автобусе с паломниками никто не собирался, и решили ехать на своих авто. Дело было под майские праздники, и получалось три выходных дня подряд. План был таков – в пятницу в ночь выехать из города, чтобы к утру субботы быть на месте. Днем посетить основные святыни, омыться в источниках, переночевать в Дивеево, утром в воскресенье сходить на литургию, остаток дня еще погулять по святым местам, а вечером отправиться обратно, чтобы в понедельник отоспаться.

До вечера субботы все шло по плану. Проблемы начались на этапе поиска ночлега. Маме сотрудница сказала, что паломников пускают на ночлег в кельи монастыря. Но на месте выяснилось, что на территории монастыря селят только паломников, прибывших организованными группами по спискам от направляющих епархий. А мы, как прибывшие своим ходом, получались вовсе не паломники, а туристы.

— Так где же нам можно переночевать? – спросил папа у ведавшей расселением монахини.

— Тут недалеко частный сектор, многие местные комнаты для туристов сдают за весьма умеренную плату – порекомендовала матушка.

— Может, кого конкретно посоветуете?

— Ну вот, например, у сестры Варвары можете остановиться. Отсюда минут 15 пешком будет. Машины можете на территории монастыря оставить. По Арзамасской идите, а за птицефабрикой свернете направо, и там по левой стороне четвертый дом будет. Вот вам адрес – заботливо сказала монахиня, нацарапав что-то на бумажке и сунув ее папе. На бумажке было написано «ул. Подлунная, 15».

Через 15 минут мы были уже на месте. По указанному адресу на участке земли сотки в четыре находился старый, покосившийся одноэтажный деревянный дом, выкрашенный сильно облупившейся и выцветшей краской, которая, наверное, когда-то была голубой. Мы покричали хозяйке из-за забора, но никто не ответил, и тогда, поскольку калитка была не заперта, мы сами зашли на участок. На открытой веранде красовалась табличка, написанная на картонке от руки «Ночлег для туристов – 50 р. с человека». Вот уж действительно – более чем умеренная цена. Хотя, по внешнему виду домика было понятно, что тут вам не трехзвездочный отель. В доме горел свет, и из дальней комнаты доносились негромкие звуки телевизора. Мы снова покричали, но опять никто не ответил.

Отец дернул ручку входной двери – она тоже оказалась открыта. Немного обнаглев, мы вошли в дом. Дом был маленьким – не считая веранды, в нем было всего три комнаты – маленькая кухонька, гостиная, в которой стоял диван и работающий телевизор, и в которой, видимо, жила сама хозяйка, и еще одна комната, в которой стояло три двухъярусные кровати, и которая, очевидно, предназначалась для гостей.

Хозяйки дома не было. Учитывая, что все – открытые двери, включенный свет и телевизор, еще тёплый чайник на кухне – указывали на то, что хозяйка вышла ненадолго, мы решили подождать немного. Однако, спустя полчаса мы так никого и не дождались. Поскольку было уже почти 11 вечера, а просто так завалиться спать в чужом доме мы не могли, было решено как можно быстрее найти другое место для ночлега – ведь монахиня сказала, что в частнике многие сдают жилье.

Мы вышли на улицу, и побрели вперед, надеясь увидеть объявление на каком-нибудь доме. Над коттеджным поселком светила полная луна, деревья, все в белоснежных цветах, источали чудесное благоухание, во дворах глухо лаяли и выли собаки. Ночь казалась поистине волшебной.

И тут неожиданно навстречу нам из-за угла вышла старуха. Хотя, старухой ее было бы назвать неправильно – просто пожилая женщина. Она была статной и подтянутой, и приближалась к нам быстро-быстро. Однако, лицо выдавало, что ей не меньше шестидесяти. Подойдя к нам, она затараторила:

— Что, туристы? Жилье на ночь, пожалуй, ищите?

— Да, ищем – ответила мама.

— Ну, пойдемте ко мне, у меня дом широкий, просторный. Тут за углом буквально. Возьму по 200 р. с человека, но условия хорошие. Душ, туалет, канализация, водопровод. Не то что эта монастырская деревня.

Нас, естественно, цена в этот момент заботила меньше всего (хотя, это все равно подозрительно дешево). Самое главное – мы, наконец, нашли, где переночевать, ведь у папы и тети Маши (в их машине за рулем была она) уже слипались глаза.

— Не иначе её нам Бог послал – заметила мама.

Эх, как же она ошибалась.

Через три минуты мы подошли к участку и увидели огромный двухэтажный дом, с пластиковыми окнами и крытый металлочерепицей (это сейчас поставить пластиковое окно и перекрыть крышу металлочерепицей не проблема, а тогда это был шик, блеск и мажорство). Дом был как бы вытянут поперек участка и справа и слева от дома оставалось совсем немного пространства до забора. Слева проход был вглухую перегорожен приваренными железными листами, а справа в проходе была также покрытая железом дверца, которая вела на другую половину участка.

— Там, — хозяйка кивнула в сторону железной дверцы, – у меня собака живет.

Большая, злая. Не ходите туда.

— Теть, а что за собака? Порода какая? Зовут как? – начал живо интересоваться я. Я вообще с детства обожал собак, особенно больших, и уже все мозги маме вынес просьбами завести щенка, но мама все никак не сдавалась. Поэтому, если я оказывался в гостях в доме, где есть собака, я не упускал возможности с ней поиграться.

— Ээээ, тибетский… кавказский… кавказская овчарка вроде. Я вообще в них в них плохо разбираюсь – отвечала хозяйка.

— А зовут-то как? – не унимался я. Но мой вопрос проигнорировали.

Мы зашли в дом. Изнутри он был даже шикарнее, чем снаружи. Стены были отделаны лакированным деревом, на полу был уложен паркет, бронзовые светильники разливали по комнатам мягкий свет. На второй этаж вела железная лестница художественной ковки.

Хозяйка показала нам кухню, ванную, туалет, и провела на второй этаж в гостевые комнаты. Дядя Витя с тетей Машей расположились в одной комнате, и сразу же легли спать. Мы с папой и мамой расположились в соседней комнате. Папа моментально уснул, едва коснулся кровати, а мама решила поужинать и покормить меня. Пока она колдовала на кухне, я, не оставляя мысли поиграть с собачкой, выскользнул во двор.

Железная дверца оказалась заперта, но я так просто сдаваться не собирался. Я пододвинул попавшийся под руку ящик, взгромоздил на него дном вверх какое-то ведро, и забрался на эту конструкцию. Приподнявшись на цыпочки, я увидел собачью будку, а перед ней миску с костью. Но собаки не было видно. Я продолжал стоять и смотреть, и тут… из будки выползла девочка примерно моего возраста. Чумазая, на четвереньках, в грязной тряпке, когда-то бывшей платьем, она подползла к миске и стала облизывать кость.

Я чуть не упал с ящика и побежал быстрее к маме. Она сначала отбивалась от моих настойчивых «пойдем, это надо видеть», но в итоге сдалась и пошла во двор. Отпихнув ведро и забравшись на ящик, она глянула во двор… и зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Потом, годы спустя говорила мне, что там ползало трое детей на цепях. А тогда она схватила меня за руку, и мы побежали к папе.

Дверь в нашу комнату оказалась закрыта, как и в комнату дяди Вити и тети Маши. Дядя Витя не спал и пытался открыть изнутри дверь, которая, как он подумал, случайно захлопнулась. Криками «Надо отсюда валить» мама разбудила папу, и он просто высадил дверь плечом. Дожидаться дядю Витю и тетю Машу было некогда, и мы побежали вниз. На первом этаже мы снова встретили хозяйку. Теперь она уже выглядела иначе – сгорбленной, низкой, старой. В руках у нее был какой-то глиняный сосуд и то ли спицы, то ли иглы.

Что, нашли моих детишек? – злобно прошипела она. – Говорила же, не ходите туда!

Мы выскочили во двор. Тем временем дядя Витя с тетей Машей, не придумав ничего лучше, просто выпрыгнули в окно (благо оно было наружу, а не в отгороженную часть двора).

Я плохо помню, как мы добежали до монастыря, как родители уговорили сторожа открыть ворота, как мы выехали из Дивеева. Только через полтора или два часа, когда мы уже выехали из Нижегородской области, мы все-таки решились съехать в лесополосу и легли там спать прямо в машинах. Наутро о возвращении в Дивеево не могло быть и речи, и мы как можно быстрее поехали домой.

И вот что странно – пару лет назад мне снова довелось побывать в Дивеево. Там, конечно, за столько лет все перестроили, появилось много новых домов. Но пытаясь найти тот частный сектор, тот дом, где мы ночевали, или хотя бы тот дом, в который нас послала монахиня, я нашел только пустырь за птицефабрикой. Неужели все снесли? Но местные говорили мне, что улицы Подлунной в их городе никогда не было…

Вам может понравится

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *